ИНТЕРНЕТ-СПРАВОЧНИК
МАРКСИЗМА
Главная | Выход | Вход
         УЧЕНИЕ МАРКСА           ВСЕСИЛЬНО,
ПОТОМУ ЧТО ОНО ВЕРНО
!
 Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Проект коммунистов РПУ (м-л)
Разделы сайта
Наш опрос
Оцените наш сайт
Всего ответов: 21
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

(продолжение) О дополнительных томах сочинений Сталина...

5. Народная демократия

     В чем суть проблемы? Если коротко — вмирном, парламентском пути к социализму. То есть речь идет о важнейшем на сегодня вопросе всего коммунистического движения, и в частности российского комдвижения, в котором утопические иллюзии о «мирном пути к социализму» благодаря хрущевскому ревизионизму и постперестроечной буржуазной пропаганде распространились очень широко. Их корень — та самая народная демократия, камень преткновения между РП и хлебниковцами.

Именно с появлением в Восточной Европе и Азии народно-демократических стран «бернштейниада» получила второе дыхание — в рабочем и коммунистическом движении вновь стал активно муссироваться ранее разоблаченный тезис о возможности перехода от капитализма к социализму мирно и эволюционно, парламентским путем, без всяких встрясок, социалистических революций и диктатуры пролетариата. Хотя классики марксизма — Маркс, Энгельс, Ленин утверждали на этот счет однозначно: мирного эволюционного пути от капитализма к социализму — через реформы, проводимые в рамках буржуазного парламентаризма, быть не может — антагонизм классовых интересов этого не позволит; путь к социализму существует только один — через социальную революцию и диктатуру пролетариата, а всякие призывы к «мирному переходу» от капитализма к социализму есть не что иное, как стремление одурачить рабочий класс в угоду буржуазии.

     Сегодня у нас в России этот реформистский тезис о «мирном пути к социализму» наиболее ярко выражает КПРФ, щедро финансируемая российским буржуазным государством. Да и многие другие левые и «коммунистические» партии и партийки в той или иной форме проводят ту же самую идею.

Хлебниковцы во главе с тов. Косолаповым полностью поддерживают социал-либеральную утопию о «мирном парламентском пути к социализму». И для того чтобы ее как-то обосновать, дать ей весомую доказательную базу, они используют тот же прием, о котором мы говорили выше в настоящей статье: включают в дополнительные тома сочинений Сталина определенным образом отобранные документы, в которых Сталин разъясняет представителям братских компартий, что существующие на тот момент времени в их странах народные демократии не являются диктатурой пролетариата. Да еще сопровождают эти документы своими потрясающе лживыми комментариями, чтобы самому тупому читателю стало ясно — мирный путь к социализму без всякой диктатуры пролетариата существует — он был разработан и рекомендован самим Сталиным!!!!

     Последнее — не что иное, как  подлая ложь на Сталина со стороны тех, кто его вроде бы вызвался защищать. Имя Сталина, всю свою жизнь посвятившего делу освобождения рабочего класса от гнета капитала, таким образом нагло используется для дезориентации рабочего класса, для увода коммунистического движения от революционного пути переустройства общества, сталкивания его на путьбуржуазного реформизма, исторически доказавшего свою порочность, а, следовательно, для закрепления и сохранения господства класса буржуазии и увековечивания капиталистического рабства.

Методологическую основу этой лжи составляет все та же буржуазная метафизика — односторонний, заведомо идеологизированный подход к оценке исторической действительности, при котором некоторые происходившие явления и события вырываются из цепи других, тесно связанных с ними явлений и событий, рассматриваются как неизменные, берутся в отрыве от их исторического развития.

     То, что мы ничего не перевираем, говоря о взглядах хлебниковцев, наши читатели могут убедиться сами.  Вот, что пишет тов. Косолапов в предисловии к т.18 по вопросу о народной демократии (стр. XXIV-XXV):

«Сталин искал модель перехода к социализму для стран Западной Европы… Следы подобных раздумий встречаются и в настоящем томе. Их мы видим, в частности, в реагировании на заявление лейбориста Моррисона (С. 558) и особенно в Программе Компартии Великобритании (С. 650).

О причастности Сталина к этому документу как автора много говорилипосле его появления в «Большевике» в 1951 году. Составителям пока не удалось найти архивное подтверждение этому. Тем не менее, участие Сталина в составлении «Британского пути к социализму» хотя бы в качестве критика и редактора представляется бесспорным.

     «Британия придет к социализму своим собственным путем, – гласит Программа. – Подобно тому, как русский народ пришел к политической власти советским путем, который был продиктован сложившимися историческими условиями и существованием царского режима, подобно тому, как трудящиеся стран народной демократии и Китая завоевали политическую власть своим путем и в своих исторических условиях, так и британские коммунисты заявляют, что народ Британии может превратить капиталистическую демократию в подлинно народную демократию, преобразовав парламент, возникший в результате исторической борьбы за демократию, в орудие демократии, в орудие воли огромного большинства британского народа».

     Это была необычная, новаторская установка на мирный, ненасильственный переход к новому строю... В дальнейшем, после XXI съезда КПСС (1959) эту мысль припишут исключительно Хрущеву, создавая фальшивый образ «светлого демократа» в противовес «мрачному тирану», но вырубить уже сказанное живое слово топором лжи не сумеют.»  (везде выд.- РП).

     В предисловии к т.16 часть 1, написанном по времени несколько позднее, товарищем Косолаповым совместно с товарищем Рыченковым добавлено (стр.XXXI):

«Очевидно новаторской должна была стать политическая система… Сталин удерживал братские партии от пугания людей лозунгами диктатуры пролетариата… Сталин утверждал, что этой диктатуры в восточноевропейских странах не существует и предостерегал от крутых мер Гражданской войны, насилия (выд. РП) и т.п., вынужденных в свое время для Советского Союза, но неуместных для стран, за спиной которых, пройдя уже эту школу, стоит тот же Советский Союз. Не следует путать этот подход с хрущевской «отменой» диктатуры пролетариата в СССР в 1961 году. Для Сталина диктатура пролетариата была «аксиомой» переходного (выд.-авт) от капитализма к социализму периода (с.699-700), как и для Маркса-Энгельса-Ленина. Но для ее утверждения и реализации он считал возможным и необходимым разработку и применение различных переходных (выд.-авт) форм, в частности народной демократии, с совмещением более или менее длительным, собственно трудовластия с многопартийностью, выражающей взгляды и интересы разных социальных слоев, парламентскими традициями и даже институтом монархии. На академическую разработку теории переходных форм (выд.- РП) у Сталина просто не было времени. Она осуществлялась в ходе живого делового общения (с.318-319, 387-388,399, 411, 629-630, 699-700). При этом последовательное проведение трудовластного доминирования рабочего класса в Советском Союзе и поддержание с ним товарищеских связей выглядело как косвенная реализация того же принципа, тем самым признаваемого общесистемным, в содружестве в целом».

     Мы специально привели такие обширные цитаты, чтобы были наглядно видны как позиция составителей, так и колоссальные извращения, подтасовки и прямая клевета на Сталина и советский социализм, которые они себе позволяют. В своих идеалистических рассуждениях они совершенно не замечают ни противоречий, ни эклектики, ни притянутых за уши выводов, ни своего, хлещущего через край субъективизма. Сплошь и рядом у них сравнивается несравнимое, недоговаривается самое существенное, одно подменяется другим — и в итоге капелька правды растворяется в бесконечных реках лжи, льющихся на головы доверчивых читателей.

     Выше мы убедились, что косолаповцам что-либо выдумать, перевернуть с ног на голову ничего не стоит, но здесь они просто превзошли сами себя. Так обгадить Сталина, заявив, что он якобы был за сохранение «института монархии», т.е. остатков феодальных отношений, да еще якобы лично соорудил главный социал-фашистский тезис о «мирном пути к социализму», заткнув за пояс самого Эдуарда Бернштейна, еще никому не удавалось! Хрущев по сравнению с Косолаповым и Рыченковым просто мелкий пакостник, не сумевший подняться выше обвинений в «культе личности» и «необоснованных репрессиях».

Мы постараемся показать, где и в чем передергивают, недоговаривают и искажают историческую действительность Косолапов и Рыченков, рассуждая о народной демократии, и чем она являлась на самом деле.

     Поскольку ложь в приведенных цитатах составителей следует через слово, пойдем по порядку.

Тов. Косолапов и Рыченков утверждают, что якобы «Сталин искал модель перехода к социализму», что на  «академическую разработку теории переходных форм» его не хватило — «она осуществлялась в ходе живого делового общения».

     Звучит эта фраза как упрек Сталину. По мнению этих граждан, всю свою жизнь проговоривших о марксизме, но так и не понявших, что это такое, получается, что Сталин не был полноценным марксистом. Переходную форму от капитализма к социализму для стран Восточной Европы, т.е. народную демократию, он состряпал в ходе презренной практики —  «в ходе живого делового общения» (вспомним здесь «Лысенко-эмпирика»!). По мнению косолаповцев, если бы Сталин был настоящий марксист, то он бы сначала «академически разработал»  «теорию переходных форм», т.е.  закатил глаза в потолок, поковырялся, как следует, в носу, выдумал бы некую абстрактную «модель перехода», и только после этого стал бы внедрять ее в жизнь — вталкивать в эту модель существующую действительность. (Заметим, что именно так нам рассказывают, начиная с Перестройки, записные идеологии буржуазии о коммунизме и социализме как некоей утопической модели идеального общественного устройства, придуманной великими мечтателями Марксом и Энгельсом, которую якобы позднее попытались реализовать на практике, в России большевики во главе с Лениным.) Хорошо, что Сталин все-таки опомнился, — заключает в конце своего повествования идейный лидер рабочеуниверситетчиков тов. Косолапов, —  и с компартией Великобритании повел себя уже как настоящий марксист — придумал-таки новую, замечательную модель перехода к коммунизму:«Это была необычная, новаторская установка на мирный, ненасильственный переход к новому строю…».

     Про программу КПВ, участие в ней Сталина и о «мирном, ненасильственном переходе» мы еще поговорим. Пока же нам важно показать, как понимают марксизм косолаповцы — это многое объясняет в их действиях.

     То, что мы отразили позицию составителей в отношении марксизма правильно и ни чем ее не исказили, доказывает следующая цитата из предисловия[1] к завершению издания дополнительных томов сочинений Сталина, которое было опубликовано в журнале «Марксизм и современность» № 1-2 за 2011 г. в виде статьи с названием «Когда забудут Сталина?». Ее авторами являются тов. Косолапов и Рыченков с рядом других товарищей. Там, в частности, говорится:

«Марксисты были всегда сильны в теоретическом фиксировании наличных общественных форм и общих черт тех форм, к которым совершается сдвиг, в их развитом состоянии. Но гораздо менее им удавалось нечто третье –осмысление и описание переходов, малых и больших, в их неизбежной пестроте и противоречивости. Как правило, решение этой задачи обеспечивалось не теоретическим путём, то есть продуманным применением диалектико-материалистической методологии или же действием талантливой интуиции, следствием чего становилось опережающее отражение действительности, а по диктовке подчас беспощадной жизненной практики, по сигналам «снизу», из толщи народных масс, которые многое видят лучше, чем «верхи»». (выд. — РП)

     Откровеннее главный тезис меньшевиствующего идеализма выразить, вероятно, невозможно — косолаповцы искренне горюют, что большевики (это упрек именно им!) исходили из практики, а не из пустого, оторванного от жизни теоретизирования, как, по их мнению, должно было бы быть. Надо было, мол, делать наоборот, вот тогда бы они, большевики, были бы диалектиками-материалистами. Надо было как Гегель — «из ничего через ничто прийти в никуда» (слова Гегеля о своей философии  — прим. РП), вот тогда бы было все в порядке, тогда бы, по мнению косолаповцев, это была бы наука, настоящая диалектика, истинный марксизм, который способен «опережающее отразить действительность».

     Но что значит «опережающее отражение действительности»? Авторы предисловия сами-то поняли, что сказали? «Опережающе отразить действительность» можно только под воздействием сильнодействующих препаратов, когда мерещатся зеленые чертики или инопланетяне с рожками, и никак иначе.

     Отразить что-либо можно только в том случае, если то, что отражается, существует в реальной действительности, ибо объект отражения на момент отражения должен УЖЕ существовать! С исторической действительностью аналогично — ее отражение есть отражение реально происходивших в прошлом событий и явлений, отражение того, что уже состоялось. А вот «отразить опережающе» в принципе невозможно, ибо нельзя отразить того, чего еще нет! «Предсказать» можно, «предвидеть» тоже можно, но не «отразить»!

     И это не наша придирка к словам — это суть специфического миропонимания рабочеуниверситетчиков — самая основа их субъективно-идеалистическое мировоззрения. Именно с этой позиции они и судят обо всем, в том числе о марксизме, марксистах, СССР, социализме, Сталине и его поступках. Это тот самый отрыв теории от практики — характерная особенность меньшевиствующего идеализма, о которой мы говорили выше, выясняя идеологическую (классовую) позицию тов. Косолапова.

     Оклеветав Сталина, что он якобы сначала выдумывал формы (модели) перехода от капитализма к социализму, составители полагают, что тем самым они похвалили его, возвысили, подняли до своего уровня «вносуковырятелей» — абстрактных, оторванных от жизни метафизиков, сочиняющих заведомо ложные схемы и пытающихся впихнуть в них историческую и существующую действительность!

     Но свою убогость мысли и подлость дела за многословием и наукообразием им спрятать не удастся. Результат такой идеалистической «метОды» хорошо известен — это разрушение СССР, горе и смерть миллионов людей. И сталинский результат тоже не скроешь, когда только и исключительно на основе «беспощадной жизненной практики, по сигналам «снизу», из толщи народных масс, которые многое видят лучше, чем «верхи»», большевиками безошибочно находилась та дорога, которая действительно вела к социализму. Такой результат, как и результат Ленина и Маркса, для всяких «впотолокплевателей» типа рабочеуниверситетчиков в принципе недостижим, ибо для них действительность есть отражение их собственного сознания! Они идеалисты, а не материалисты, которые стремятся выдать за марксизм его ревизию — свой собственный меньшевиствующий идеализм, к которому, слава богу, Сталин никакого отношения не имел. Напротив, он всю свою жизнь боролся с ревизионистами, прекрасно понимая, что они способны наворотить, если дать им волю.

     Разумеется, Сталин, будучи настоящим большевиком и настоящим марксистом, действовал на основе практики и в полном согласии с ней. Именно опираясь на практику, анализируя реальные процессы, происходящие в действительности, т.е., как выражаются хлебниковцы, «наличную общественную форму», он видел за изучаемой формой сущность — «общие черты…, к которым совершается сдвиг», а значит понимал, к чему идет развитие общества. Выявление вот этой основной линии развития — тренда, как сейчас говорят, и давало ему возможность предвидеть будущее. И в своем предвидении, как Маркс, Энгельс и Ленин — настоящие диалектики-материалисты, он никогда не ошибался, в отличие от идеалистов разных мастей, в том числе и прикрывающихся марксистской одежкой, все время стремящихся плыть против основного течения общественного развития.

     Косолаповцы пишут про Сталина,  что хотя для него «диктатура пролетариата была «аксиомой» переходного (выд.-авт) от капитализма к социализму периода», он тем не менее,  «считал возможным и необходимым» «для ее утверждения и реализации разработку и применение различных переходных(выд.-авт) форм, в частности народной демократии, с совмещением более или менее длительным, собственно трудовластия с многопартийностью, выражающей взгляды и интересы разных социальных слоев, парламентскими традициями и даже институтом монархии».

     Если отбросить бредовую выдумку с сохранением «института монархии» (ниже поймете, почему это непременно следует сделать), то сказанное в принципе верно, и не противоречит ленинским утверждениям о многообразии форм перехода от капитализма к социализму. Но верно при одном только условии - если вот это самое «трудовластие с многопартийностью» и «парламентские традиции»  не принимать за содержание, за сущность явления «народная демократия», тем более неизменную сущность. Но в том и состоит основная ошибка тов. Косолапова и Рыченкова, что именно это они и принимают за основное и неизменное содержание того неизмеримо сложного процесса, который и получил название «народная демократия»! Об этом свидетельствует последняя фраза цитаты из предисловия т.16, ч.1. Вот она:

«При этом последовательное проведение трудовластного доминирования рабочего класса в Советском Союзе и поддержание с ним товарищеских связей выглядело как косвенная реализация того же принципа, тем самым признаваемого общесистемным, в содружестве в целом».

     Это явная попытка дать весомую базу махрово-реакционному ревизионистскому тезису об «общенародном государстве», с помощью которого возрождающийся в позднем брежневском СССР класс буржуазии уже готовил идейно советский рабочий класс к реставрации капиталистических отношений. «Общенародность» и подавалась в те годы в СССР как «трудовластие». Тов. Косолапов, игравший далеко не последнюю роль в организации самой широкой пропаганды этой социал-либеральной лжи в конце 70-х-начале 80-х гг., и теперь продолжает заниматься тем же самым,  пытаясь со своими единомышленниками приписать «трудовластию» некую «общесистемность» для всех стран социализма.

     На самом же деле если что и было действительно «общесистемным», т.е. закономерным и общим для СССР и других соцстран, то это классовая борьба, которая непрерывно шла между победившим рабочим классом и стремящимся к возрождению классом буржуазии, и необходимая для победы в этой борьбе рабочему классу диктатура пролетариата, которая в разных странах социализма была реализована в разных формах: в СССР — в форме Советов, а в других странах социализма, образовавшихся после Второй мировой войны — в форме народной демократии.

     Но, как мы уже знаем — см. часть 3 настоящей статьи, косолаповцы фактически отрицают классовую борьбу, позиционируя себя стоящими на «межклассовой» точке зрения. В силу чего они оперируют не научными, марксистскими понятиями «класс», «классовая борьба», «диктатура пролетариата», а либерально-аморфными — «трудовластие», «доминирование» и т.п.

     Приписывание «трудовластию» «общесистемности» есть не что иное, как клевета на СССР, отрицание существования в нем диктатуры пролетариата, подмена последней неким абстрактным и размыто-аморфным «трудовластным доминированием», что кардинально меняет существо дела. «Доминирование» не есть диктатура, т.е. безраздельная власть класса. Это всего лишь некий приоритет, который может существовать, а может и не существовать (например, если очень постараться). Причем этот некий приоритет не подразумевает руководства процессом осуществления власти, что крайне важно и, по сути, определяет течение всего процесса перехода от капитализма к социализму. «Трудовластие»  и «доминирование» вместо указания конкретных классов, которым принадлежит власть, и их роли в процессе осуществления власти говорит о том, что употребляющий такие скользские выражения, стремится скрыть, какие классы конкретно осуществляют власть и каково соотношение классовых сил.

     Трудовластие по самому смыслу  этого слова — власть тех, кто трудится. Но учитывая, что трудится не только рабочий класс, но и мелкая и средняя буржуазия тоже, пока она не выросла и не превратилась в крупную буржуазию и не располагает еще такими огромными средствами, чтобы нанять себе управляющих (топ-менеджмент, как сейчас говорят), получается, что «трудовластие» это власть мелкой и средней буржуазии и ее наемных рабочих.

     Подобная коллизия, если она возникает в ходе общественного развития, не является устойчивой и не может существовать сколько-нибудь продолжительный период времени. Почему? Да потому что экономические интересы этих двух классов непримиримо противоположны, антагонистичны!

     «Трудовластие» — если позволительно столь грубое сравнение, это как состояние неустойчивого равновесия в физике, которое кратковременно, и которое неизбежно переходит в иное, более стабильное состояние, в данном случае в безраздельную власть какого-либо одного класса: или буржуазии, или ее классового антагониста — пролетариата, рабочего класса.

     Если с «трудовластием» хотя бы понятно, что оно означает, то прибавление к нему слова  «доминирование» вызывает недоумение. По идее «власть» уже есть, зачем же еще «доминирование»? Кто над кем доминирует? И уже не властвует, что ли?

     Добавка словосочетания «рабочего класса» к «трудовластному доминированию», которую сделали косолаповцы, не спасает положения, а только еще больше запутывает дело, показывая, что составители либо толком не понимают процессов, происходивших в политической сфере в СССР и странах социализма, либо сознательно пытаются их исказить, выдумывая новые понятия, затуманивающие суть дела.

     «Трудовластного доминирования рабочего класса» быть не может — это безграмотное с точки зрения марксизма выражение есть нонсенс, глупость.  Может быть «трудовластие при доминировании рабочего класса», это да, но не «трудовластное доминирование рабочего класса»! В том виде, как его предлагают составители, это выражение по самому своему смыслу не затрагивает политическую сферу и главный вопрос — вопрос о власти, переводя разговор в плоскость обывательских суждение не слишком развитых политически граждан, которые не сумели подняться до осмысления главной движущей силы общественного развития — классовой борьбы.

     Почему нельзя было сказать честно и прямо, как говорили большевики, настоящие марксисты — «власть рабочего класса и крестьянства при руководящей роли (гегемонии) рабочего класса»? К чему юлить и прятаться под расплывчатым бесклассовым термином «трудовластие»? К чему скрывать руководящую роль рабочего класса под аморфным «доминированием»?

     Все это требуется только в одном случае — если хочешь отвлечь внимание от очень важного и первостепенного и выдать вместо него несущественное, второстепенное или даже не существующее, т.е. притянуть за уши то, чего не было. Так оно и оказывается.

     «Трудовластного доминирования рабочего класса в Советском Союзе» никогда не существовало, все равно какого «последовательного» или непоследовательного!

     В Советской России и затем в СССР была диктатура пролетариата, безраздельная власть одного класса — рабочего класса, а никакое не «трудовластие»! Составители забыли историю своей страны или ее совершенно не поняли (что не удивительно, раз они крайне негативно относятся к историческому материализму — см. часть 2 настоящей статьи). Они уравнивают между собой совершенно разные вещи — союз рабочего класса с крестьянством, существовавший с Февраля по Октябрь 1917 года, и союз рабочего класса с беднейшим крестьянством, которому принадлежала власть в Советской России после Октября 1917 года, и который составлял суть советской диктатуры пролетариата. И тот и другой союз осуществлялся при руководящей роли рабочего класса (гегемонии, а не просто доминировании!), вот только все дело в союзниках рабочего класса — в разный период это были разные общественные классы!

     В первом случае союзником рабочего класса было все крестьянство, в том числе и его мелкобуржуазная и буржуазная часть (середняки и кулачество). Власть этого союза можно было бы назвать «трудовластием», если бы тогда в России этот союз властвовал безраздельно. Но как мы знаем, в тот период времени в стране имело место Двоевластие, а не «трудовластие» — параллельно с Советами,  которые были политико-организационной формой союза рабочего класса и всего российского крестьянства при руководящей роли рабочего класса, существовало и действовало чисто буржуазное Временное Правительство, отражающее интересы класса крупной буржуазии и помещиков-феодалов.

     Во втором случае — после Октября 1917 года союзником рабочего класса выступает уже не все крестьянство, а только один его слой, наиболее многочисленный — беднейшее крестьянство. Но беднейшее крестьянство это те же пролетарии, только не в городе, а на селе — это сельский пролетариат! То есть союз рабочего класса с беднейшим крестьянством есть не трудовластие, это власть только одного класса — класса пролетариев, городских и сельских, а значит это безраздельная диктатура пролетариата. Безраздельная потому, что представители буржуазии, т.е. эксплуататорские элементы были в СССР лишены не только возможности создавать свои политические партии и иметь представительство во власти, но даже избирательных прав!

     Так, где же здесь «общесистемность» (очередное новое словечко косолаповцев!) по отношению к «трудовластию», которое действительно имело место некоторое, достаточно короткое время в странах народной демократии? Ее нет и в помине!

Поиск
Архив материалов
Календарь
«  Август 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
                                                                                                                                                                                                                                                              E-mail: galcomm@yandex.ru   
Редакция несет полную ответственность за публикуемые материалыВсе материалы сайта могут использоваться без ограничений